Архив метки: Северная Двина (река)

Цена Истины. Глава 1

Дневник Славы Отшельника

Цена Истины_1

Лето 1971 год
Экскурсия 

В начале июня мы со своим классом ездили в экскурсию на остров Ягодник.
Вверх по Северной Двине на маленьком теплоходике я плыл первый раз. Экскурсия шла в течение дня. Там мы развели костёр, играли в футбол и другие игры. Весело и не напрасно провели июньский день.

Цена Истины_4

 

 

В лагере

Второй раз я совершил путешествие выше по Двине. Мне удалось побывать в деревне Ракула. Папа выписал путёвку в пионерский лагерь.
Наш лагерь «Чайка» находится на левом берегу реки, в 148 км. от Архангельска. Он окружён лесом, до самого горизонта всё лес и лес. В двух километрах от лагеря находится деревня Ракула. Туда мы ходили смотреть кино, на экскурсию. Я был первый раз в северной деревне: увидел, какой здесь клуб, какой магазин, какие дома. В деревне сохранилось много старого.
В лагере мы ходили с ребятами на рыбалку – на реку и на озеро. На озеро ходили в ночь. Поставили палатки, развели костёр, и после этого забросили удочки. Утром ели походную уху, печёную картошку, пили чай.
Цена Истины_3
К нам приезжали гости из Северного Артека (лагерь есть такой). С ними мы проводили соревнования по футболу, волейболу и другим видам спорта. 
В середине смены проводили военно-спортивную игру «Зарница». Играли в лесу, вокруг рвались дымовые шашки, одевали противогазы. 
В лагере у нас была своя лодка. На ней мы плавали на правый берег, катались вверх и вниз по реке. Купались на своём пляже. Перед отъездом устроили прощальный костёр. 
И вот мы плывём в Архангельск, обгоняем большие плоты леса, нас обгоняют ракеты, большие теплоходы. На той и другой стороне возвышаются крутые берега. Проплываем пристани: Копачёво, Орлецы, Усть-Пинегу, и вот уже близко Архангельск. Из далека виднеется Архбумкомбинат. 
Все вышли на нос, на правый борт теплохода. На берегу возвышаются новые, высокие дома Варавино. Плывём под гудящим мостом через Северную Двину. Набережная разноцветная на фоне голубого неба и воды, на пляже много народу. А вон и наши родители встречают наш теплоход.

Цена Истины_2До Красноборска 

Третье большое путешествие по Двине я совершил с папой и бабушкой до Красноборска. Мы купили билет на теплоход «Олекма». В 17 часов мы отплывали. 
Бабушка осталась в каюте, а я и папа вышли на палубу. Я с ним договорился, что покажу ему наш лагерь, и мне это удалось. Я ему показал, где что находится, куда мы ходили. А папа показал мне, где что находится на теплоходе, ведь я ехал на нём первый раз. 
На следующий день я с папой больше времени проводили на палубе, любовались природой, он мне показывал края. На пристани Двинской Березник мы вышли на берег, так как теплоход стоял долго. Нам удалось выпить здешнего квасу, но разгуливать было некогда, и мы поспешили. Теплоход тронулся дальше. 
Причаливали к пристани Рочегда. Это – родина самого сильного человека на свете Василия Алексеева. Тот, кто хоть раз проехал здесь на теплоходе, надолго запомнит всё, что видел. 
Наступил снова вечер. Ушедшее за горизонт солнце окрасило багрянцем небосвод. Всё, что я видел, было для меня новое. Наутро мы проезжали село Черевково, куда собирались заехать на обратном пути. После пристани река делает крутой поворот. Здесь, на правом её берегу, расположена Толоконка – отвесный песчаный берег. 
Последняя пристань перед Красноборском Пермогорье. На крутом берегу возвышается церковь, а рядом – часовня. Вверх поднимается высокая лестница. 
Ещё несколько минут, и теплоход подходит к Красноборску. Мы проехали всего 27 пристаней. Проплыли посёлок сплавщиков Дябрино. Стали готовиться к выходу.

В Красноборске 

На следующий день папа показывал мне Красноборск. Красноборск – районный центр. Здесь есть дворец пионеров, дом культуры, большая библиотека, музей, в 6 километрах от Красноборска находится курорт Солониха, бывшая дача северного художника Борисова. 
В этот же день мы ходили к дяде Шуре (папиному брату) на могилку. Отсюда открывается очень красивый вид на реку. 
КрасноборскНа следующий день, рано утром, мы собрали снасти и пошли на Двину рыбачить. Но мы ходили не ради рыбы, а ради удовольствия. Кошке на завтрак еле-еле хватило. 
На следующий день мы пошли за грибами. Идти было для меня далеко. Решили сходить километра за три. Когда пошли бора, мы свернули с дороги. Время было раннее, и грибов было мало. Мы походили часа три, поискали грибов, насобирали на грибовницу и случайно, идя по дорожке, попали на вырубки и увидели, что здесь много земляники. Начали собирать, а её всё больше и больше. Насобирали треть большой корзины. Потом пошли по направлению к дому. Почти из под ног вылетали рябчики и глухари. Случайно мы увидели дятла. У него красивое оперение, и он как будто подзывал нас своим стуком по дереву. Мы вышли на дорогу и отправились домой. За день отходили 20 километров. 
В один из поздних вечеров мы уезжали в Черевково. Сели на теплоход «Олекма» и плыли 2 часа. Я всё это время спал.

В Черевкове 

Я проснулся, когда уже надо было выходить. Была глубокая ночь, мы кое-как примостились на скамейках и спали. Я проснулся, когда уже было утро. Нам надо было попасть в деревню Походновы. Мы ждали машину, чтобы добраться туда. Она вскоре подошла. 
В этот же день мы ходили с папой в магазин, который был далеко. На обратном пути мы свернули в лес, надеясь собрать на грибовницу. И нам это удалось. Вечером ели вкусный суп с мясом из под ёлки. 
В один день мы решили съездить в деревню Кувыровщину. И оттуда идти с корзинами через лес в Походновы. В Кувыровщине у нас знакомые, там мы переночевали. Домой принесли грибов порядочно. Хватило и на грибовницу, и насушить, и насолить. 
В один день мы решили сходить за ягодами на луг. Собирая ягоды, мы увидели лису. Она бежала совсем рядом, и увидев нас, даже не свернула с намеченного пути. Ягод смородины мы насобирали две полных корзины. 
Мы переехали в Кувыровщину. Ходили в кино в Черевково. В один день мы хотели идти за грибами, но с утра полил дождь. К вечеру погода улучшилась, и мы с папой пошли на рыбалку в ночь на Двину. Пришли на место, забросили донки, стали делать шалаш. Он получился очень хороший. Шёл ночью дождь, но мы не промокли. Домой пришли с уловом. Ели вкусную уху. 
ЧеревковоОдин раз мы поехали в Походновы с тем, чтобы оттуда идти через лес в Кувыровщину. Собирая грибы, случайно попали не на ту дорогу, потеряли и эту. Кругом был глухой лес. Видны следы медведя: примятая малина, разрытые муравейники. Случайно вышли на угор, где была заброшенная деревня. Папа догадался, что мы вышли на Едому. От Едомы до Черевкова 14 км. Пришлось отшагать это расстояние. 
На следующий день мы уезжаем. Прощай, деревня, лес, заливные черевковские луга. Мы сели на пароход «Гоголь». Обратный путь был не менее интересен. Мы ехали в каюте второго класса, из окна её, а также прогуливаясь по верхней палубе, любовались прекрасными Двинскими пейзажами. 
27 августа мы приехали в Архангельск, пропутешествовав ровно месяц. Хорошо отдохнув, набравшись силы и здоровья за время летних каникул, а также массы впечатлений, за оставшиеся четыре дня надо подготовиться к новому учебному году.

ЗА 14 ЛЕТ ДО ЭТОГО…

ПИСЬМО

Привет из Архангельска.
Добрый день!

Здравствуй, Валентин. С большим, горячим приветом к тебе Лиля. Я не знаю, как начать это письмо, но думаю, если что и не складно будет, ты поймёшь меня.
Я люблю тебя, Валя, очень люблю. Ты за эти последние три дня доставил мне столько слёз и огорчений, что всё будет трудно описать. Валя, я не знаю, откуда ты взял, что у нас была Клавка. Никто у нас не был. В тот день, когда мы с тобой расстались, т.е. в среду, заходили ко мне Каля с Анатолием. В пятницу был мой двоюродный брат Борис, а Клавки никакой небыло.
Мне очень обидно было, что ты накричал на меня по телефону, я ведь всю смену работать не могла. Но всё же мы ведь договорились с тобой встретиться на Госпитальной. Почему же ты опять не приехал? Да, у тебя всё какие-то дела сейчас, и тебе некогда. А я ждала. Ждала и предыдущие два дня, но, увы, у тебя и след простыл. Думаешь, мне не тяжело было это всё переносить?
А дома… Ты знаешь, что мне было дома? – Нет! Ты ничего не знаешь. Мне каждый день читали нотации, и я вынуждена была их выслушивать. Вот, говорят, не идёт, отказался уж от тебя, больше и не придёт. Ну что мне оставалось делать, только молчать. Мама мне никак не разрешала жить с тобой без записи и велела дать точный ответ в субботу, т.е. пойдём или нет записываться. К свадьбе она не готовилась и не хотела готовиться, пока мы ей не дадим точный ответ. Также и папа.
Но ты не хотел идти записываться, ты не верил мне. Не верил, что я тебя люблю. Тебе мало было моей любви к тебе, любви на всю жизнь. Нет, я тебя бы любила всю жизнь и никогда не забыла, но мне надоело уже так переживать всё. Я не обращала внимания никакого, когда мы с тобой были вместе. А сейчас, когда и ты отказался от меня, я не могу больше этого вынести.
Мне очень хотелось бы увидеть тебя в последний раз, но ты не приехал. Ведь я эти три ночи совсем не спала, только притворялась, что сплю, а засыпала только под утро. Да, я спрашивала у Кали, ездишь ли ты утром. И когда она сказала, что видела тебя очень весёлым, мне стало так обидно. Я думаю: вот я переживаю, ночи не сплю, а он чему-то радуется, ему и без меня очень весело.
Ну, вот пока и всё, Валентин. Написала бы больше, но время выходит, надо на работу идти. Прощай, мой милый, дорогой друг. Навсегда прощай! Мне страшно умирать, Валя, но я так больше не могу: слушать упрёки и унижаться перед всеми. После работы я повешаюсь в сарае, сегодня же. Да, мама, наверное, уже предчувствует это. Но ничего, всё уже кончено. Знай, что, умирая, я думаю только о тебе. Я любила тебя, и сейчас очень люблю. Очень обидно, что ты не верил мне, но я тебя прощаю.
Прощай, Валюшка, прощай, дорогой друг! Лиля.

(1957 г.)


Тайный дневник

Тайный дневник, написанный в двух тонких ученических тетрадях. Когда его нашёл отец, он заставил меня переписать эти записи в общую тетрадь в «новой редакции», удаляя с его точки зрения неправильное и добавляя то, о чём «должен был писать». После переписывания он спрятал мой «тайный дневник», который я нашёл в архиве отца после его смерти.

Записи, начиная с 8 июня 1972 г., велись с ведома отца под его жёсткой цензурой, более не редактировались, но по факту практически каждой из них проводился «разбор полётов», дабы не повадно было впредь писать того, что не следовало.

Примечание:

  • Записи дневника, УДАЛЁННЫЕ при переписывании в новую тетрадь, начиная с 8 июня 1972 г., когда дневник стал вестись под цензурой отца, набраны голубым шрифтом;
  • Записи дневника, ДОБАВЛЕННЫЕ по настоянию отца к старым при переписывании в новую тетрадь, когда дневник стал вестись под его цензурой, набраны оранжевым;
  • Все авторские примечания в контексте набраны серым.

Январь 1972 г. (Вступление)

Я приехал в Архангельск к папе 2 января 1971 г. 
Очень тяжело пережили я, а особенно, папа и бабушка, первую половину этого года. 
Я понимаю, что в этом был виноват я сам. 
Лето я провёл очень хорошо. Ездил в лагерь «Чайка» по реке Северная Двина в деревню Ракула. Когда папе дали отпуск, то мы вместе ездили в село Красноборск и в село Черевково. Описание летних каникул у меня есть в особой тетради. Осенью было много хлопот об вручении мне свидетельства о рождении. 
Я учусь в 59-й средней школе в 7б классе. Учусь средне: в первой четверти — 7 четвёрок, 3 тройки, 1 пятёрка; во второй четверти — 8 четвёрок, 1 тройка и 4 пятёрки. 
Я стремлюсь стать моряком (механиком или капитаном), поэтому стараюсь повысить свои оценки. Особенно меня подводит английский язык (3 — по английскому языку). 
В деревне Походново (с. Черевково) есть мой братан. Мы с ним переписываемся. Я ему, а он мне посылаем спичечные этикетки (мы их собираем). У меня несколько альбомов спичечных этикеток.

10 января 1972 г. Понедельник.

Последний день зимних каникул. В 16 часов ходил в библиотеку. 
Начинаю дневник. Папа весь день дома. Он сегодня спал до полдвенадцатого. 
Вчера он сменился с ночной вахты, а я был с ним, и мы поехали в город в гости к тёте Кале и дяде Толе. Пробыли у них долго. Купили в рыбном магазине рыбы. Приехали домой поздно. С 18 часов ходили в клуб на кино «Двенадцать стульев». Легли спать в 22-м часу. А папа ночь не спал.

11 января 1972 г. Вторник.

Первый день третьей четверти в 7 классе. Проснулся в 8 часов. Перед уходом в школу отнёс птичкам. Было четыре урока. После школы принёс дров, воды. Потом пообедали. 

Ходили с папой на 24-й лесозавод (через реку) в магазин. Хотели кое-что купить (английский яз. для 5-6 кл.), но ничего не купили, кроме свечки. С четырёх часов делаю уроки. С 20 часов бабушка ходила в кино, а я в это время играл на баяне (разучивал на левой клавиатуре «Одинокую гармонь»). В начале 23-го часа легли спать. 

Веду дневник тайно. 

12 января 1972 г. Среда.

Папа с 7 часов уехал на работу. Но когда я пришёл из школы, то он был уже по неизвестной причине дома, а работает он обычно в дневную смену с 8 до 20 часов. Его пригласили поработать на месяц в клубе завода «Красная кузница», и он должен идти теперь на работу с 16 часов и работать до 00 часов на следующий день. 

Папа был расстроен. Бабушки не было. Оказывается, они поспорили из-за меня. Мне нельзя смеяться, когда папа и бабушка не в настроении. Когда я сделал уроки, бабушка ходила к Олешке (внук соседки — тёти Юли), а я в это время поиграл на баяне. Легли спать в 23-м часу. 

13 января 1972 г. Четверг.

Проснулся и встал по будильнику в 7 часов 30 мин. Папа встал вместе со мной. Сходил за водой. Поел. Топилась печка. Снёс птичкам. Пошёл в школу. Было 5 уроков, а оценки не получил. Пришёл домой: бабушка стирает, папа уехал на работу. Сходил за водой, в магазин. Ходили с бабушкой на почту посылать бандероли. Принёс дров. Пообедал. Записываю. Учу уроки. С 20 часов ходили с бабушкой в кино «Неожиданное рядом». После кино проверял лотерейные билеты, но ничего, кроме рубля, не выиграл. 

14 января 1972 г. 

День прошёл, как обычно. Не записывал. 

— Заполняю каталог домашней библиотеки.

15 января 1972 г. 

Придя из школы, я принёс воды, дров. Пообедали. И я с папой поехали к нему на работу. Понравилось. Побродил по кочегарке, помылся, а потом до конца вахты (до 00 часов) распивал чай. Всё время наблюдал за птичкой (воробьём), которая летала у нас в кочегарке. 

16 января 1972 г.

Долго спал. С 12 до 15 часов делал уроки. Папа уехал к 16 часам на работу. Я хотел сходить в кино, но не сходил. Ничего важного не произошло.

Особенно в эти-то дни и надо было мне писать о жизни, о всём, о бабушке, о папе; анализировать совершённые поступки и критиковать себя. А мне, понимаете ли, нечего было писать…

17 января 1972 г. Понедельник.

Встал в 7 часов. Мы с бабушкой договорились, что я свожу перед школой её в баню. Свёл её туда и сразу в школу. Пришёл в начале 15-го часа. Оказывается, папа дома, а говорил нам, что приедет 18 января в начале первого. Между папой и бабушкой без меня произошёл скандал (я узнал, что не из-за меня). Когда я пришёл из школы, он спал, но мне пришлось разбудить его в 14-25, т.к. ему надо было к 16 часам на работу.

Я пообедал. Папа уехал. Я обрядился и стал делать уроки. Сегодня по русскому языку получил «5». Никак не могу понять задачек по геометрии (правила знаю, а решить не могу ). Так и не решил. Во второй половине 20-го часа записываю.

Папа каждый раз спрашивает меня, хорошо ли я сделал уроки, а я каждый раз говорил, что хорошо. А на самом деле, нередко врал. Это очень подло. Больше не буду так делать…

19 января 1972 г.

Папа и бабушка ходили в клуб на лекцию.
В понедельник в 7-б поменяли классного руководителя. Им стал учитель по химии Андрей Иванович. А была учительница по английскому языку Римма Алексеевна.

В среду в школе было событие со мной. На одной перемене я вышел из класса в коридор. Тут ко мне стал приставать ученик нашего класса Попов Юра (хороший драчун). Рядом был Дикальчук С. (из нашего класса, хороший хулиган). Он подошёл ко мне и ударил со всей силы мне в зубы. Я не ответил. У меня губа внутри вся посинела (зубам повезло). Я, придя домой, не сказал о случившемся папе и бабушке. Скрыл.

Когда Попов стал ко мне лезть, мне нужно было отойти от него подальше. А если бы на этом дело не кончилось, я смело мог бы двинуть ему, уверенный в своей правоте. Но ни того, ни другого я не сделал, а в последнем струсил. Какой же я был дурак, трус! Когда ко мне подошёл Дикальчук, он не сразу сделал мне «лобовой удар», а сначала «прощупал». В то время, когда он меня «щупал», мне и надо было дать ему отпор. Трус! Я струсил! Трусости я не должен больше в себе видеть!

20 января 1972 г.

Губа ещё больше распухла, посинела. Когда я пришёл из школы домой, папа сразу же увидел это. И потребовал, чтобы я рассказал всю правду. Я сказал всё, а то, что это было вчера — не сказал. Опять соврал… Пришлось в этот же день сходить в школу и всё рассказать директору Зое Никифоровне.

Хоть бы губа и не распухла, и ничего не было бы видно, я обязан был сказать всю правду сразу. Но и после того я скрывал то, что это было вчера. Враньё и тайны мне нужно раз и навсегда прекратить. Это очень подло по отношению к папе и вообще. Он и так-то натерпелся этого от подлых людей, да ещё от меня будет терпеть…

21 января 1972 г. Пятница. 

Встал в 7 часов. Папа ещё вчера уехал на работу к 23 часам. Должен смениться сегодня в 8 часов. 
Умылся. Прополоскал зубы антипахнущим веществом — марганцовкой, поел, почистил зубы. Такой порядок у меня завёлся недавно, по предложению папы. Сегодня по английскому языку получил «4». 

На второй перемене директор школы вызвала меня к себе в кабинет. Переспросила всё, что было позавчера. Спросила моё мнение о ребятах нашего класса. После уроков Зоя Никифоровна поговорила с нами (ребятами), чтобы мы заступались друг за друга, если кто-то кого-то бьёт. 

Вскоре, как я пришёл из школы, пришёл и папа с работы. Он очень устал. Он вскоре лёг спать, а я стал делать уроки. В 19 часов, сделав уроки, записываю. Папа спит. Велел разбудить в 21 час. Ему надо на работу к 23 часам. Лёг спать около 22 часов. 

… Папа купил мне книжку «Первые шаги баяниста». Он хочет, чтобы я выучил песню «Субботний вечерок», которую очень любит бабушка. 

22 января 1972 г. Суббота. 

Просыпался в 7 часов по будильнику (папы не было), но бабушка мне сказала: «Ложись, спи ещё», — и я лёг. Встал в 7 час. 45 мин. Ходил в школу. Было два урока: русский язык и алгебра. Учителя по трудам не было, а зоологию отложили на вторник. Папа уже был дома, но говорит, что сменили его на час позже. Поругали меня за то, что я раньше не выхлопал половики. Принёс дров, сходил в магазин. Делал уроки с 13 до 15-30, потом записывал. Вечером читал газеты: «Труд», «Комсомольскую правду», «Правду Севера». 

23 января 1972 г. Воскресение. 

Встал в 9 часов. Умылся. Сходил за водой, снёс птичкам, вынес из ведра (помойного), расчистил дорожку к дровнику от снега. Когда я чистил дорожку, увидел, что идёт с работы папа. Мы вскоре позавтракали. Потом я стал заниматься теорией музыки, потом ходил в магазин (папа в это время спал), потом снова стал заниматься теорией музыки. 

Около 14 часов бабушка ушла за билетами (в клубе выступал киноактёр Моргунов). Я в это время играл на баяне. Учил маленькую польку на правой и на левой клавиатуре вместе. Пообедали. Я повторил школьные уроки. С 18 часов папа и бабушка ушли в клуб. До 20 часов. Я занимался на баяне. Папа к 23 часам уехал на работу. 

Мало возможности играть на баяне. 
Выписаны газеты: «Труд», «Комсомолка», «Правда Севера». Занимаюсь на баяне по самоучителю. 

24 января 1972 г. Понедельник. 

Встал по будильнику в 7 часов. Умылся. Сходил за водой, отнёс птичкам, вынес из ведра, обрядился. Позавтракал. Освежил домашние уроки. 

По дороге в школу встретил товарища из нашего класса Кобылянского Вову. Пошли вместе. Встретил папу (он шёл с работы). Было 5 уроков. Оказывается, эту неделю наш класс дежурный по школе. Мой пост недалеко от класса, рядом с пионерской комнатой. Я однажды туда зашёл. Там была пионервожатая (тётенька). Я до этого неосмысленно записался в духовой кружок. Она меня спросила, буду ли я ходить туда, но я ей ответил, что нет, и назвал причину (занимаюсь на баяне). 

После уроков спрашивал у Риммы Алексеевны: «Нет ли у вас английского языка для 5 или 6 класса» Она мне ответила: «Постараюсь найти». Домой пришёл в 14 часов. Папа спал. Я обрядился. Разбудил папу, и мы вместе стали обедать. У папы очень болел зуб. Я сбегал к зубному, узнал, работает ли он, и пока я ходил в магазин, папа сходил к зубному и вырвал зуб. В 16 часов я начал делать уроки. В конце 19-го часа записываю. Потом я переписывал книги. 

25 января 1972 г. 

Сегодня нам надо в школу к полвосьмому, поэтому я встал по будильнику в 6 час. 30 мин. За водой не ходил, она была. Снёс птичкам, вынес из ведра. В школе было четыре урока. На перемене мы бегали смотреть автобус и трамвай, которые столкнулись на перекрёстке, недалеко от школы. Автобус был сильно помят. 

Делал домашние уроки с 16 до 18 часов. Ходил в магазин и купил 10 пачек индийского чаю по 30 коп. (второй сорт). Чувствую, что уроки сделал неважно, снова принимаюсь. Папа спит. 

26 января 1972 г. Записано позднее (предпол. 30 янв.)

В среду ходил в магазин. Купил две буханки хлеба, 5 пачек чаю (индийского), три пачки маргарину. У меня осталось несколько копеек. Но в магазине все сдачи не подсчитал в сумму. В магазине мне встретился Кобылянский Вова. Я подождал его. У отдела, где я покупал маргарин, он нашёл 10 копеек.
Когда я пришёл домой (папа был дома, не спал), то, подсчитав сдачу, сказал бабушке: «У меня осталось 37 копеек». Бабушка говорит: «Что-то мало»; папа — «Что-то мало!» Я проверил ещё раз в карманах и говорю: «У меня больше нету, может быть, я потерял, но помню хорошо, что в кассе мне сдали всё правильно».
Папа подсчитал всё, что куплено, и сказал, что сдачи должно быть 47 копеек. Я повторил, что потерял их. Папа начал нервничать. Говорит: «Врёшь! Ты ведь знал, сколько денег оставалось у тебя, раз говоришь, что тебя в кассе не обдули, и со спокойной совестью подаёшь бабушке их. Значит, или тебя обсчитали в кассе, или ты их себе взял, или кому-нибудь отдал…»
А я и правда не знал, сколько всего осталось. Не подсчитал, и со спокойной совестью, в прямом смысле, отдавал бабушке деньги. Хорошо помню, что меня в кассе не обсчитали. Не взял себе. Ни кому не отдал. Я больше ничего не говорил. Папа подошёл ко мне и стал проверять в карманах. В пальто нет, в пиджаке нет.
В кармане брюк у меня находились куски хлеба. Я, бывает, не доем, и ложу кусок в карман. Как только папа обнаружил у меня в кармане хлеб, он разнервничался, заярился, стал меня ругать. Бабушка расстроилась. Я не знал, что делать, плакал, просил извинения. День прошёл плохо. Я наказан не ходить в кино до 3 февраля. Но я понимаю, что во многом виноват сам. 

Папа с бабушкой ходили на лекцию с 18 часов. Папа от расстройства выпил бутылку вина.

Очень плохо, что всю сдачу не подсчитал. Подсчитал бы, и ничего бы этого не было. Пришёл бы домой и сказал: ой, чёрт побери, вместо 47 копеек только 37. Бабушка, я потерял где-то 10 копеек. Ни папа, ни бабушка не стали бы расстраиваться из-за 10 копеек. Но я сразу этого не сделал, значит, виноват целиком и полностью. И нечего в своём дневнике пенять на Кобылянского.
Во-втором скандале — о хлебе — я виноват ещё больше. Как я смел так издеваться над хлебом? Это же неуважение к хлебу. И как же после этого не выпить папе? Он другой раз с горя выпьет…

29 января 1972 г. Записано позднее (предпол. 30 янв)

В субботу днём пошёл выносить птичкам. У подъезда оставил палку с консервной банкой на конце, с помощью которой насыпал птичкам в кормушку. Сам пошёл снимать бельё с проволоки (от подъезда до проволоки — 15 метров). Пошёл обратно — палки уже не было. Бабушке об этом не сказал. Когда пришёл папа с работы, сказал ему. Разнервничался, заругал меня. Я плакал. Он долго не верил: «Врёшь!» Потом уже поверил, позднее. Опять все полностью были расстроены.

Конечно, я был виноват. Из под носа палку унесли… Это же позор для меня должен быть. А плачу я довольно часто. Поменьше нужно плакать, я уже большой, да и не девка…

30 января 1972 г.

Я спал на полу. Папа уехал на работу к 8 часам. Я проснулся в 9 час. 30 мин. Обрядился. Позавтракал. И в 11 часов выехал к папе на работу. С 12 часов бесплатно ходил в кино в доме культуры. Потом там же посмотрел первую серию «Спартака». С папой помылся в кочегарской баньке. Пообедали. В 19 часов приехали домой. Делал уроки до 21 часа 30 мин.

31 января 1972 г.

Папы нет и нет с работы, а должен прибыть в 19-м часу. Бабушка несколько раз пила валерьянку. Я только лёг спать, в 00 часов папа пришёл пьяный. Но, слава богу, долго не разговаривал: мы его уложили спать. Я лёг на полу.
По географии получил сегодня «3» (не подготовился). Дал сам себе слово, что тройку исправлю на «5».

1 февраля 1972 г. Вторник

Папе нужно на работу к 8 часам. Я стал будить его в 6 часов. Он заспался, встал в 6-30. Бабушка начала его ругать, что он вчера выпил. Он начал нервничать и ругаться. На два трамвая он опоздал. Я его проводил до остановки.
К пол девятому пошёл в школу. Сегодня политинформация. По геометрии получил «5». Замечаю за собой, что много вожусь на переменах. По алгебре плохо понимаю примеры. Было 4 урока. Придя из школы, обрядился, сходил в магазин. В 16-м часу — записывал. После 16 часов стал делать уроки. Бабушка с 6 часов ходила в кино «Погоня» (2 серии). Я, сделав уроки, играл на баяне. В 20-30 ходил встречать бабушку. Пришли домой — папы нету. «Опять, наверное, пьяный придёт…» Пошли к тёте Юле. Посидели с полчаса. Пришли домой — папа дома, пьяный. Опять с бабушкой расскандалил, очень грубо разговаривал. Еле удалось повалить.

(Нужно было объяснить, что мы разбираем на политинформации. Не нужно лишнего хвастовства, что получил пятёрку, нужно больше анализировать трудности и плохие оценки. Если плохо понимаю примеры, надо попросить объяснения у учительницы)

2 февраля 1972 г.

Папа уехал на работу в плохом настроении. У меня и у бабушки было тоже плохое настроение. На этой неделе — наша очередь по дому. Я расчистил мосточки. Обрядился. Позавтракал. К 9 часам пошёл в школу. По зоологии получил «5». По английскому языку плохо сделал домашнюю работу. Не знаю, поставили или нет оценку. Физику люблю по электричеству. Физкультуры не было. Но нас задержал Андрей Иванович на целый урок. Обедал. Съел полбуханки хлеба с кашей гречневой, с молоком, даже с чаем — хлеб был мягкий и очень вкусный (за 18 коп.). Записываю. Делаю уроки. Папа опять задержался. Но пришёл по хорошему. Нам с папой надо четвёртого числа ехать в суд. Теперь мадам Бугаеву должны лишить материнства. Я её не признаю матерью.

ЗА 13 ЛЕТ ДО ЭТОГО…

ПИСЬМО

Валя! Я тебя очень прошу, не обижайся на меня. Я очень много думала и всё же решила вот что. Я тебе и раньше говорила, что люблю тебя. Да я и сейчас люблю, что бы между нами небыло. Но встречаться сейчас, я думаю, не надо. Я не хочу встреч, т.к. каждый раз после того, как я увижу тебя, я не могу прибрать себе места. Ты думаешь, что я не переживаю. Мне очень тяжело. Я поступила очень глупо, но сейчас уже поздно. Я ведь тоже тебя вижу во сне, даже пугаюсь и кричу во сне. Я люблю тебя, Валя и всю жизнь буду любить.
Всю жизнь свою я отдам для ребёнка, только для него. А замуж, как я тебе уже говорила, ни за кого никогда не пойду. Может быть, и выйду, только тогда, когда узнаю, что ты женился, но и то не обязательно.
О сыне можешь не беспокоиться. И ещё вот что, Валя: матери мне не убедить ни в чём, она всё равно будет ругаться, что ходишь. А вот когда я буду жить одна, тогда, пожалуйста, всегда желанным гостем будешь. Так вот, Валюшка, хоть обижайся, хоть нет, что я тебе так пишу. Любить я тебя люблю, а встречаться сейчас не хочу. Я постараюсь во всех случаях исправить себя, в чём я была виновата. А может, ещё когда-нибудь судьбы и сойдутся…
Знай, где бы ты ни был, я всё время буду думать о тебе. Вот, пока всё. Много писать некогда, да и Слава не даёт. Привет маме передай.

(1958 г.)


ЧИТАТЬ ДАЛЬШЕ: Цена Истины. Глава 2